aineli (aineli) wrote,
aineli
aineli

Categories:

отчёт о Пустых Холмах -- 2009

Как неактуально сейчас писать что-то такое. Неактуальнейше! Но я пишу. Уже в Китай я поехала (и, как ни круто было на ПХ, в Китае было круче, чем на ПХ, в тыщу раз), уже из него я вернулась. Уже я просто во Владивостоке. Просто выпала удачная вписка с компом и интернетом. Поэтому я просто вешаю давно написанный отчёт.


Это была нереальная концентрация безумно отличных вещей, я был щаслеф там, как нигде. Наверно, если собрать и склеить вместе всё самое крутое, что я видела и делала за последний год, то по качеству выйдет как эти вот самые Пустые Холмы.
о, эта прекрасная грязь, по которой можно так счастливо ходить босиком! о, люди, красивые, хайрастые, отзывчивые, как идиоты! о, гроза и чёрное небо и сверкающие молнии и гром, как барабаны! о, барабаны и музыка, которая везде и вся живая! о, купанье в холодной реке и самодельные рушащиеся мосты! о, батут! о файрщики! о, много болтовни и тусняк! о, тысячи всего прочего.

Были сомнения, как ехать мне: стопом или электричкой. Почти спонтанно выбрала стоп. Собиралась встретиться со знакомым из Тулы в Калуге, а оттуда на дизеле к фесту. Киевское шоссе ведёт в Калугу. Выхожу из метро на Юго-Западной и вижу прямо перед собой автобус 707, на нём среди прочего написано: "киевское шоссе". Вхожу в него и покидаю вместе с ним Москву. Иду по трассе, по траве за заграждением, ожидая, чтобы узкая обочина стала широкой, проезжающие машины мне временами сигналят, наверно, в честь феста. Или полны стопщиками они, или готовы подвезти, но я же не стоплю, хотя моя сущность очевидна. Я машу им вслед. Обочина стала наконец удобная, я обернулась и вижу: легковушка едет по ближней ко мне полосе. Поднимаю руку. Легковушка стопится.
-- Можно ли с вами проехать сколько-нибудь в сторону Калуги?
-- Спокойно, мы на один и тот же фест едем! Верно?
Пришлось звонить туляку и говорить, что в Калуге мы не встречаемся. Палатки у меня не было, но водила сказал, что впишет меня. С ним была девушка Оля, она говорила медленно и плавно и жесты имела плавные и мягкие. Наверно, танцует. Хотя по профессии архитектор. Водила по дороге просвещал её насчёт стопа, он в этом шарил, потому что стопщиков всегда подбирает, и они ему рассказывают всякое (если у них, разумеется, получается вклиниться между его собственными, водилы, монологами (((: у меня получалось плохо, но я не так уж и стремилась).
В Наре водила встретился со своими знакомыми, которые хотели выступить на свободной сцене, так как заявиться на официальную программу они не успели. Посадил двоих из них на заднее сидение ко мне (они были Александр, которого все звали Гарик, -- блондинистый и удивительно красношеий -- и Роман с крутым коршунским носом).
-- У тебя очень классный нос, -- говорю я Роману.
-- Я знаю, -- скромно отвечает он.
-- А что вы играете?
-- Панк-рок. "Сплинтерс" группа называется, может, слышала?
-- Не, не слышала. Но я вообще... то, что я слушаю, наверно называется фолком.


А когда мы доехали до феста, стали сумерки. Я помогла неcти вещи водиле и компании. Мы шли по дороге, и дождь собрался в тучи с грозой, пуская грохотающие молнии. УАЗ (буханка-"хиппивозка") подобрал нас за небольшие деньги, которые за меня кто-то заплатил (фиг знает, кто), и в ней был мужик со странными духовыми инструментами и варганом. Его называли Одином. Я подудела в интересную дудку, не помню, как называлась она, а Один пэумкал на своём варгане, а окна загорались молниями, а буханка качалась в неровной дороге, как корабль в волнах, а одна девочка ныла, что всё плохо, а мой водила был полон позитива и говорил, что всё круто.
Потом мы вышли, а дождь уже очень лил, и случайная молния освещала всё на один вздох, как солнце не всегда освещает. Вещи сложили между двух пенок по типу бутерброда и стали ставить палатки.
У водилы была газовая горелка, они с Олей сделали глинтвейн, который я, разумеется, отказалась пить, угостив их в ответ бананами. Ночью болтали о всяком, водила утверждал, что ему недавно открыли третий глаз, а обычные глаза природой созданы, чтобы ограничивать спектр улавливаемой нами-людями энергии. Я пофигистично не стала это комментить, третий так третий. И вообще я хотела спать. Водила (кстати, звали его Михаил) по темпераменту типичный сангвиник из комиксов Бидструпа (и я ему даже об этом сказала), а по манере общаться похож на моего дядю (мужа папиной сестры). Сначала тебя это прикалывает, а потом начинет напрягать.

11
Утром я проснулась в шесть, но заставила себя заснуть обратно. Окончательно проснулась в полдевятого. В палатке было пусто.
-- А мы спали на муравейнике! -- слышу голос снаружи. Там был хмурый Гарик. Я поздоровалась и сказала, что пойду погуляю и разведаю, что здесь да как. Повесила на берёзку рядом с палаткой сушитсья носки, промоченные вчера. Взяла с собой мелкую сумку с книжкой, деньгами, мобилкой и документами и пошла. Через сто метров сняла обувь, потому что: а) дороги развезло, и они стали грязью; б) если идти не по дороге, а по траве, то это точно лучше делать босиком, к тому же, трава мокрая ещё со вчера, не считая росы.
Солнце светило.
Напротив нашей стоянки "портал" из палочек, похожих на леденцы, и две таблички: "Туалета здесь НЕТ! Здесь живут люди! Банка сгущёнки за проход (: " и "Лагерь пиратов". Сурово, подумала я и прошла мимо.
Спросила у людей, в какую сторону идти, чтобы дойти до речки.
-- Вот сюда... и сюда... и сюда... и туда тоже... -- описывает широкий круг рукой. -- Тут две речки сливаются в одну.
-- Круто, нужно посмотреть на место слияния!
Крапива и комары сопутствовали мне. На месте слияния я стояла долго и втыкала в течение. Оно было быстрым уочень, уочень. Но речки казались маленькими, чуть не по колено, даже лезть купаться не хотелось (не круто купаться, где мелко). Тут слышу, идёт кто-то сзади. Этакий типичный хиппи.
-- Офигеть, -- говорит он, -- река была в три раза меньше. Смотри, вон то -- бани, и они вчера стояли на суше.
И правда вижу я какую-то крупную синюю палатку, торчащую из воды.
Потом я стала возвращаться в лагерь кругами. Два часа меня не было. Наши палатки минут десять искала взглядом, потом решила сориентироваться по пиратскому лагерю. Пришла на место. Увидела свои красные носки на берёзке, как ягоды, и мятые плоские квадратные участки травы, изрытые муравейниками.
-- Когда мы пришли, палаток тут не было, -- наивно отвечали соседи.
ОМГ, подумала я и пошла гулять дальше, оставив на мятом участке свою обувь с запиской (сделанной из банкоматного чека). Обувь в гулянии мне здорово мешала, её приходилось нести в руках.

Без рюкзака можно жить, единственная вещь, потеря которой меня реально бы напрягла, это проездной на метро, а он вот он, в сумочке, которая через плечо, так что всё отлично. Без спальника и пенки я тоже явно не погибну, учитывая, что за люди ходят вокруг меня. Но всё-таки, наверно, нужно ещё что-нибудь сделать, чтобы найти вещи, подумала я. Ну так, по приколу.
Почему они ушли? Я думаю, их прогнали со старой стоянки, потому что здесь админское место, и всё утыкано табличками "палатки не ставить", а вчера просто шёл дождь, и добрые одмины сжалились над мокрыми нами. Сердце чуяло, что на старую стоянку мои знакомые не вернутся в ближайшее время. Почему? Во-первых, утром у них было дело: заявиться на свободную сцену, чтобы выступить. Во-вторых... рюкзак-то мой, чё им меня искать, пусть их я ищу. В-третьих, вчера перетирали то да сё, и я говорила, что мне всё пофиг, кроме радости, и, т.о., всё, что может случиться, либо радостное, либо пофиг. Возможно, водила подумал:"а вот и псмтрм!" А может и нет.
В общем, у меня обозначились два квеста: найти вписку и найти рюкзак.
Первое я отложила до вечера или до удачного момента, а насчёт второго было две мысли. 1) найти загадочный инфоцентр, о котором многие прохожие говорили, а некоторые даже спрашивали у меня, где он, и спросить про моих попутчиков (вдруг они сами туда уже обратились?); 2) найти свободную сцену и посмотреть, на какое время заявились "Сплинтерс" (я запомнила это слово, хотя при мне его произнесли только один раз), поймать их после выступления.
И я стала искать инфоцентр. Это оказалась большая круглая белая палатка. Все дороги сходились там, площадка из гомогенизированной грязи была перед нею, здесь толпился люд стаею босою.
-- Здравствуйте! У меня к вам такое дело: я приехала сюда с попутчиками, пошла гулять, а когда вернулась, их палатка исчезла, а там были мои вещи. Можно ли что-нибудь...
-- Напишите информацию о себе в трёх экземплярах (на трёх листах), их мы подошьём в эти папки, и ваши потерявшиеся попутчики смогут вас найти.
-- О, а можно папку полистать?
(три папки с идентичной инфой, просто чтобы много народу могли знакомиться с ней одновременно).
Листаю. Листы подшиты в некотором подобии алфавитного порядка. На первом большими печатными написано: "ALLFEST!!!" и как пройти. Из известного мне была инфа о стоянке АВП вкупе с Кротовым (где, я думала, тусит мой знакомец из Нижнего Новгорода) и о Блэке из Новосибирска, у которого я некогда вписывалась. Нужно зайти к Блэку, подумала я. Просмотрела внимательно все листы, ничё похожего на записку от водилы Михаила со товарищи не было. Взяла, написала свою записку, где указала номер телефона.
Ещё в инфоцентре можно было взять карту с программой фестиваля на обороте. По программе получалось, что самое интересное сейчас -- это сцена Меркурия, где проходили смешные мастерклассы: по лепке из какой-то фигни, созданию музыкальных инструментов из растительных материалов и проч. и проч.
На карте были обозначены две реки, о которых мне уже сказали (Истра и Воря -- смешное название "Воря"), и четыре моста (по два на реку), нужно посмотреть на все мосты, подумала я.
Теперь когда у меня спрашивали, не подскажете, как пройти к сцене Земли? как найти главный мост? где инфоцентр? -- я подсказывала.
На два моста я посмотрела (главный через Ворю и ближайший через Истру). При главном мосте содержалась водяная мельница, на дальнем берегу была фиговина, увитая плёнкой, бывшая некогда кустом. Красиво сделано! В середине моста место, где его ваще заливает вода, там большое течение, так что даже немного заносит идущего человека, хотя вода доходит едва ли до щиколотки. Идти в этом месте очень приятно. Здесь я наконец преодолела не мои, а чужие представления о приличиях и искупалась нафик топлесс. Купальник-то я взяла с собой на всякий случай, но он остался в рюкзаке (я им не воспользовалась в итоге ни разу, хохо). Надеваешь рубашку на мокрое тело и обсыхаешь под солнцем. Приятно очень. А солнце жгло, жгло.
Потом я пошла к своим ботинкам. Там выпивала и общалась компания хиппи.
-- Это ваше? -- спросили они, имея в виду обувь.
-- Да, -- вздохнула я. Изменений никаких не наблюдалось, ответа на записку не было, хиппи здесь просто тусили, и никаких сообщений ко мне не имели. Я забрала обувь и стала искать Меркурий. И чё-то всё не могла его найти. Нашла академическую Венеру и админский лагерь, где было большими буквами написано: "ПОСТОРОННИМ В" и маленькими "ход запрещён". Тут меня останавлиает чел и спрашивает:
-- Не подскажете, как пройти к Плутону?
-- А он рядом с Меркурием, а Меркурий я сама не могу найти, -- тыкаю в карту. Чел достаёт свою карту, но не выданную в инфоцентре, а очевидно распечатанную дома.
-- А мы рядом с админским лагерем.
-- Угу. А вон там галерея, вот она на карте. То есть, теоретически нам просто нужно идти по этой дороге обратно. Но я по ней шла сюда, и никаких Меркурия с Плутоном не видела.
-- Карту, как утверждали сами организаторы, создали художники, а не картографы, так что верить ей надо исходя из этого.
-- ОМГ.
-- А где ты взяла такую карту?
-- А в инфоцентре можно взять. Не был там?
-- Нет.
-- А чё там на Плутоне?
-- Это МОрг. Мусорная организация. Лагерь гринписа. Там всякие смешные мастерклассы, например, как дома экономить энергию, хотя я это и так знаю, но интересно посмотреть.
Гм, подумала я, муть какая-то, ну ладно.
В итоге мы нашли сначала Меркурий, который оказался полуразвалившимся от грозы (и, разумеется, никаких мастерклассов там не было), а потом место, где должен был быть Плутон. То есть, мы подходим к какому-то покосившемуся тенту, под которым валяется хмурый мужик.
-- Здравствуйте, вы не знаете, где Плутон?
-- Ну, -- отвечает хмурый мужик, хмуро рассматривая нас снизу, -- должен был быть здесь.
-- И чё, его нет?
-- Ну, как видите.
-- Понятно, -- я.
-- А будет? -- чел.
-- А хрен знает, -- мужик.
-- Понятно, -- я. -- Апокалипсис вселенского масштаба, гыгы, планеты вышли из строя, не успев в него прийти!
Видим гигантскую валяющуюся на земле красную букву "М" на палочке.
-- Наверно, это должно было торчать вверх и означать МОрг. Выглядело бы реально как знак метро. Все бы ходили и прикалывались. Осторожно, двери закрываются! Следующая станция "Пустые Холмы"!
Мы с челом уходим от этого безрадостного места, и я по приколу интересуюсь, как его зовут, в тайне лелея надежду, что квест про вписку в палатке выполнен.
-- Лёлик! -- грит он.
-- То есть, полное имя..?
-- Александр.
-- А я Айна.
-- Как-как?
-- Айна. "А" -- "и" краткое -- "н" -- "а". Айна.
Далее следует стандартный для таких случаев разговор, из которого выясняется, что я гражданин Евросоюза. А он, значицца, из Твери. Лёлик является тощим типом с торчащими рыжими усами, вздыбленной шевелюрой и носом почти как у Aigsil. Так смешно, этакая большая голова на этаком щуплом теле.
-- А на том берегу ты был? -- грю я. -- Через главный мост? Я вот нет.
-- И я нет, -- он угубляется в карту, а я в программу феста на обороте. -- А там Сатурн, Др'сцена и хоровая поляна.
-- Гы, на Др'сцене можно сыграть две свои песни и две песни Вени Др'кина. Либо четыре песни Др'кина. Либо только две свои.
-- Чё, пойдём туда? Какие у тебя планы? Ты не спешишь, не занята?
-- Планы, гы, никаких. Бродить, смотреть. И вообще у меня случилась смешная история с рюкзаком, -- рассказываю её.
Мы идём на тот берег, и я снова втыкаю на главный мост. Искупались мы. Дошли до хоровой поляны через дебри и кусты, там стояла тишь да гладь. Посмотрели на Др'сцену, которая строилась ещё. В этот момент дождик пошёл. Мы несколько намокли и вернулись к сцене Сатурна. Она вся символически обвешана часами. На ней должно было чё-то начаться в два часа по программе, но мы уже поняли, что программа не работает. Залезли от дождя под сцену, где потихоньку начал скапливаться народ. Здесь Лёлик рассказал историю с Безликим и выбрасыванием из окна сигарет и пива. Что много читает, и с собой у него Бах. Про свою любимую библиотеку, эквивалентную интернету и тусовочному месту.
Был под сценой чел с банджо, который играл разные советские песни ("чёрный кот", "трава у дома" и другое в этом роде), был чел с барабаном, который сначала стучал сам, а потом дал нам постучать. Концерт под сценой это зачётно! Тут выяснилось, что Лёлик несколько играет на гитаре, барабане, баяне и индейской флейте, которая от усердия флейтиста, коий, надо думать, слишком хотел стать известным, треснула ваще и сломалась. Потом дождь закончился. Мы пошли ко второму мосту через Ворю. Он больше! Здесь река шире! Здесь из середины реки торчали ивы! Мост очень понравился мне. Опять купались, потому что когда выглядывало солнце, становилось жарко. Купались вообще нереально часто. Обратно шли через лес, и в середине пути обнаружили, что оказались в админлагере.
-- А той стороны не было таблички "посторонним в"! Так что мы даже ничё не нарушили.
-- А я им какие-то брёвна в одминлагерь сегодня носил. А ещё бурил дыру для столба. Было так. Я стоял и смотрел, кто ходит вокруг и что вообще творится. Тут приходит мужик с настоящим буром. Я у него спрашиваю: может, помочь чем? Он такой: не, не надо. Побурил немного. Я стою, втыкаю. Он такой смотрит-смотрит на меня и грит: а хотя... ну на вот, бури. Я взял и стал бурить. А мужик пошёл и принёс столб. Вставил в дыру и таблички стал прибивать ("Солнце", "Луна", "Земля" и все остальные).
Лёлик это человек, который не имеет интернета, кроме как в библиотеке, и блога тоже не имеет, а в устной речи употребляет подонкофщенку. Это человек, который принципиаьно не имеет мобилки. Зато имеет проигрыватель для пластинок и юзает его невозбранно. По-моему, это уникально.
-- У нас в лагере обед в три, я сказал, чтобы все собирались в это время. Ты не ела, наверно, с утра?
-- Гы, я даже утром не ела. И вообще у меня на сегодня нет вписки в палатке.
-- У меня четырёхместная палатка, правда, там, кроме меня, уже спят гармоёжики, но при желании туда десять человек вместить можно. Так что вписка у тебя, считай, есть.
Один квест готов, хе, а непонятных ёжиков мы ещё выясним.
-- Ну, круто, спасибо.
-- Да, тебе вообще круто, ты не просто так неприкаянно бродишь тут, у тебя есть квест -- найти рюкзак!
Блин, это мои собственные мысли! Я ржу и делюсь соображениями, как собираюсь искать.

Мы зашли в инфоцентр, я снова просмотрела листы с объявами в папках, для меня ничего не было.
Потом пошли к свободной сцене Урана. Уран был рядом с исчезнувшей стоянкой моих попутчиков и прямо за пиратским лагерем, вход в который похож на леденцы и отмечен надписью "НЕТ туалетам!" и "сгущёнку за проход". В расписании Урана уже значилась некая группа "Сплингерс" (а не "Сплинтерс"), записанная на 20:40 сегодняшнего вечера. А ещё выступающим на свободной сцене разрешили ставить палатки прям здесь. Это вдохновляло на беспорядочные блуждания близ Урана и поиск тех самых палаток чисто по внешнему виду или выкрикивание "Сплингерсов". Мы поделали это немного, но безуспешно. Тогда отправились на обед. Хотя было уже пять. В лагере был Сай, коего естественное имя было тоже Александр, выглядел он как выросший гопник и был пьян зело.
-- У него вчера был день рождения, -- пояснил Лёлик. -- Он его проспал.
Вообще, Сая я видела мало. То есть, я часто видела его ноги, торчащие из палатки, когда мы (редко, надо сказать) оказывались около нашего лагеря. Ещё он иногда ел. Пьян был всё время, кроме последнего дня, потому что именно он вёл машину, на которой приехали сюда Лёлик и гармоёжики.
А ещё была Оля, которую где-то нашёл Сай и вписал к себе в палатку. Оля темноволосая, белокожая, немного полная такая девушка с полудетским женственным лицом. Оля говорила Cаю, что у неё есть любимый человек, а Сай сокрушался, что почему все самые крутые женщины уже заняты. Лёлик взялся за костёр, но я отняла у него это развлечение, так как оно является моим любимым. Был приготовлен суп. Пришли ещё два персонажа, которых мне представили как Гармошку и Ёжика (непонятное слово "гармоёжики" здесь прояснилось), а "в миру" их звали Антонина и Владимир. У неё я помню выражение несколько брезгливой усталости, долгое выражение, не приуроченное к какому-нибудь событию, просто такое вот лицо. А у него было что-то тонкое в лице и длинный хаер тоже был. Плохо их помню, что жаль.
Лёлик одолжил мне футболку, потому что в моей майке у меня сгорели плечи. Жёлтую футболку с зелёной надписью "LOVE" (Лёлик фоннад этой группы).
-- Есть ли соль?
-- У меня где-то есть, -- грит Лёлик. -- Вот!
-- Это же коробочка из-под плёнки! -- Оля.
-- Удобная штука, в ней много чего держать можно, -- замечаю я, думая, разумеется, о бисере. -- Например, воздушные шарики.
-- В ней бисер держать удобно, -- замечает Ёжик.
-- Да! Да! -- я радуюсь. -- А ещё в коробочках из-под киндер-сюрприза удобно. А ты, что ли, бисером плести умеешь?
-- Ну, да. Вот, сейчас такую штуку делаю, -- и достаёт недоконченную бисерную феньку, очень широкую.
-- ОМГ, крестики, две иголки, брррр, они же путаются! Я боюсь так плести.
-- Да нет, нормально. Это на голову повязка будет.

Ещё оказалось, что это по совместитеьству лагерь ALLFEST'а, такой группы людей, которая ездит по всем российским фестам и втыкает в них. Сай тоже относился к олфесту.
После обеда мы пошли бродить с Лёликом, который оказался удобным попутчиком: к хождению босиком по грязи и по всему другому относился положительно, темп ходьбы имел быстрый и хотел, как я, обойти всю территорию и посмотреть на всё, ваще на всё. Гармоёжики, Оля, Cай остались в лагере. Мы бродили, а после восьми, взяв почему-то чашку чая, пошли к Урану. Решили пройти сквозь пиратский лагерь, где "за проход банку сгущёнки".
Пираты собрались было нас грабить, но:
-- Сгущёнки у нас нет, зато есть чай. Хотите чая?
-- Чай, чай, давайте чай!
-- Но он холодный.
-- Ничего, это прекрасно!
И выпила пират чай, а кружку нам вернула, а мы вышли из лагеря на полянку, содержащую две палатки и кострище.
-- Лёлик... эти палатки прямо-таки ужасно похожи на палатки моих исчезнувших попутчиков. Щас проверим. Хэй, есть здесь кто?
Из оранжевой палатки доносится мёртвый голос:
-- Да...
-- А не знаете ли вы группу "Сплингерс"?
-- Ну, знаем, -- тот же мёртвый голос.
-- А вы не она ли?
-- Ну, представитель.
-- Саша, который Гарик, Роман, Андрей?
-- Саша.
-- Оо! Отлично. А я с вами на фест ехала, и у вас мой рюкзак остался. Я Айна.
Палатка расстёгивается. Там нереально сгоревший Саша. Говорит, что видел меня как-то днём, хотел догнать, но не успел. Я говорю, что это пофик, что всё ваще отлично, как никак, нигде, никогда.
-- А вот это тоже Александр, вы два Александра.
-- Хотя меня все Лёликом называют.
-- А меня Гариком. Ну, хорошо, что вы нашлись.
-- Нет, с тем знакомым, с которым я собиралась ехать, мы не нашлись, мы с Лёликом сегодня утром познакомились.
Саша говорит, что ему ужасно плохо.
-- Похмелье, что ли? -- спрашиваю я. Нет, он просто мучительно сгорел (кажется, он даже не обиделся на моё предположение). Я выражаю сочувствие.
Мой спальник и пенка ваще в том виде, в котором были вчера, разложенные. Наверно палатки даже не собирали, так отволокли на новое место, благо, близко.
-- Заходите к нам на стоянку! -- приглашает Лёлик и рассказывает, как пройти, но сгоревший Саша, скорее всего, не запомнил.
Мне вообще всё происходящее казалось невозможным. Фестиваль, карнавал, игра! Круто, невозможно круто. Чьорт, как может быть мне так круто! Квест готов? И так невообразимо просто и весело.
-- Проход через пиратский лагерь был счастливым! -- утверждаю я. -- Нужно им чего-нить ещё дать. О, у меня йогурт есть, две штуки. Будете йогурт? -- спрашиваю у пирата.
-- Йогурт!!!! Ааааа!! -- по пирату видно, что она счастлива. -- Давайте его сюда!
-- Написано же, что проход за банку сгущёнкы, -- ругается кто-то не входе, не желая пропускать очередных транзиторных людишек.
-- Они с нами, -- говорим мы, выходя. -- Пропустите их. Мы там уже йогурт внесли в качестве сгущёнки.

И вот я победно приношу в лагерь свой рюкзак. Историю про это можно рассказывать, отличная получилась, по-моему!
Мы сидели у костра, втыкали на огонь, что-то ели. В лагерь наведалась в гости компания тверичан, с ними -- девушка из группы "Лукерья" с нереально крупными глазами, она кривила рот, и это слегка портило её внешний вид, а так картина была бы, а не девушка. Впрочем, ей было под тридцатник или даже больше (как она сама с гордостью призналась). Но выглядела бы реально молодо, если бы не выражение измождённой усталости в лице. Её беспокоили проблемы омоложения, говорила, что нужно пить по полтора литра воды по утрам, чтобы не стареть.
-- Я не смогу столько, в меня не влезет, -- сказала Оля.
-- А я вот пытаюсь.
Когда в разговоре выяснилось, что я медик, мне было замечено, что эта ваша традиционная медицина унылое говно. Ну ладно, я не герой Хармса, чтобы нереально поразиться этою идеей.
-- Мне так нравится смотреть на огонь, -- заметила Оля.
-- Кстати, время, проведённое за наблюдением огня, проходит для человека бесследно, он в это время не стареет совсем, -- заметила девушка..
Я спросила с некоторым намёком:
-- А за наблюдением воды?
-- Да, да, текущая вода тоже!
-- А как омолодевают те, кто за чужой работой следит... -- подхватил Ёжик.
Они с Олей нашли общий язык, потому что у обеих были сложности по приезде на фест.
Девушка из Лукерьи:
-- Мне было очень тяжело, очень большой рюкзак и сумки, в грязи по колено... мокро, темно, гроза, а я приехала одна... хорошо, люди помогли донести всё.
Оля:
-- Да, да, мне тоже было очень тяжело, и грязь эта, а ещё я ногу порезала. Я кое-как дотащила всё сама, потом попросила помочь поставить мне палатку (а это не моя палатка, я вообще не знаю, как их ставить, я эту палатку даже не видела в разобранном виде), а мне сказали (Сай вот сказал): да спи в моей! Тут места ещё на троих! Тогда я поняла, что мне здесь всё-таки нравится.
я: ОМГ, нужно просто минимизировать количество вещей, чтобы не было тяжело. А сумки это вообще ересь, рюкзак -- вот это тру.

Оля спрашивает: -- а что рекомендуется делать, если клещ укусил?
Александра: -- можно, говорят, намазать маслом, тогда ему нечем будет дышать, и он сам разожмёт челюсти.
я: -- не, это, кажется, не очень помогает. А что? Тебя укусили? -- вспоминаю пост одного знакомого медика про клещей.
Оля: -- а ещё можно просто раздавить, говорят, но я боюсь. Наверно, так оставлю.
я: -- ненене, давить нельзя! инфекция у него в кишечнике, если есть, и если его раздавить, она вся тебе достанется. Вытащить надо. Чем дольше клещ на тебе, тем больше вероятность подцепить инфекцию, если клещ её содержит. А можно посмотреть?
Оля: -- вот, -- показывает клеща на коже внутренней стороне бедра. Он мелкий совсем, явно недавно впился. -- А ты же медик, ты говорила?
я: -- да, но клещей никогда не вытягивала. И меня тоже ни разу не кусали.
Смотрю я на него, клеща. Трогаю пальцем. Впился плотно, но получается подцепить его ногтями до самых челюстей. Чую, что могу вытащить его без проблем. Тогда беру и вытягиваю. И всё. Никакой головы в месте укуса не осталось. У Лёлика нашлась перекись водорода, нога Оли была сдобрена ею. Клеща я раздавила как-то по инерции. А то, если подумала бы, наверно, отпустила бы.

Оля ходила по фесту в футболке и трусах. Были сумерки. Мы взяли Олю и пошли через главный мост на тот берег Вори -- купаться. Подходим к Сатурну, и слышу я шибко знакомые прикольные звуки.
-- Это же... это же.. это же...
-- "Но смокин оркестра"! -- произносим мы с Лёликом хором. На Сатурне реально играли музычку "Но смокин оркестры", звучала "Bubamara" в каком-то из вариантов. Потом сыграли "Ederlezi". Я бы тут надолго задержалась, потому что лучше "Ederlezi" может быть только "Elo Hi". Но голые олины ноги служили комариной приманкой, поэтому по траве, по цветам, по грязи, которой на этом берегу почти не было, мы пошли к реке, к тому месту, где к изогнутой иве была привязана верёвка и уходила под воду. Можно было далеко заплыть, а потом выбраться, держась за верёвку, не боясь быть снесённым течением в дальние гребеня.

Было уже темно, угль костра алел, мы сидели и говорили о чём-то, время я часто произношу эту фразу). Оля спала в палатке Сая. Гармоёжики спали в палатке Лёлика. Внезапно раздаётся хруст, кто-то чертыхается и здоровается. Это Сай с какой-то девицей. Её зовут Ирина. Завязывается разговорный разговор, в ходе которого выясняется, что Ирина работает в чайной, что приехала на фест ради подзаработать; что я медик; что Ирина хотела идти на медицинский, но закончила химический, а сейчас занимается коммерцией и нетрадиционной медициной, а традиционная -- унылое говно.
-- Причина болезней в душе человека, а медицина устраняет следствия. Исправлять следует образ мыслей, мировоззрение, тогда и болезней не будет. Если человек заболел, он должен нечто понять и исправить в себе.
-- А хирургия? -- мой стандартный аргумент. -- А лечение травм? Если они уже есть? Без вмешательства врача они не устраняются.
-- А нужно ли? Ну, исправишь травму, не исправив образа мыслей, заработаешь новую. И не поймёшь того, чему она должна была научить.
-- Но исправишь образ мыслей, травма-то уже случившаяся никуда не денется.
(Не помню, чем этот разговор закончился; я с раннего детства это всё слушаю, но не могу согласиться, ибо жизнь широка; легко сказать: вот это верно, а всё остальное бня, но это самообман, по-моему, ведь бня работает; всё, что работает, существует и является правильным; наверно).
Сай полез в палатку и нашёл там Олю.
-- Аааааа, кто спит в моей палатке??? -- вскричал он в ужасе. -- Кто ты?? Что ты здесь делаешь?
-- Ну, я могу уйти, -- сказала Оля сонно.
-- Сай, это же Оля! Оля! -- сказали мы. -- Оля. Помнишь, ты сам вписал её к себе.
-- Какая нафик Оля?.. Ааа. Оля!! Блин, Оля, прости, пожалуйста.
(Сай, наверно, вылез из палатки красный, аки рак, но было темно, и мы не видели этого; во всяком случае, каждый раз, когда упоминалось об этом случае, он прятал глаза и краснел ушами).
Потом они с Ириной ушли, а мы залезли в палатку и стали мешать Гармоёжикам спать ленивыми разговорами. Например, о кинематографе.
-- Прикольно мы на "Но смокин оркестру" попали. "Ederlezi" мне очень нравится. И сцена, когда играет эта песня, очень красивая... Ты смотрел?
-- Нет, кажется, не знаю.
-- Фильм "Время цыган".
-- Не смотрел. И, кстати, из того, что смотрел, мне только "Жизнь как чудо" по-настоящему нравится.
-- Да! Да! Мне тоже! Я смотрела у Кустурицы много чего, но... короче, много повторяющихся, похожих элементов в его фильмах, но только в "Жизнь как чудо" они скомпанованы так, что это здорово! Как куча черновиков, а на их основе работа набело, и это "Жизнь как чудо".
Затем были помянуты другие фильмы, "Аризона дрим", например, которая мне и Лёлику так себе, но сцена, где главная героиня пытается повеситься на колготках, рулит рулицки! что вобще самый любимый фильм Лёлика это "Большой Лебовский" (которого я не смотрела [уже посмотрела хехе]); а ещё в роли кого Кустурица снимался в своих фильмах и про "Десять минут старинной музыки".
-- И этот человек говорит, что не шарит в кинематографе, -- заметил Лёлик.
Ну и так далее. В конце концов мы заснули (рано или поздно).

Таковым было одиннадцатое июня. Но лучше всего было двенадцатого.

12
Утром, не успели мы заснуть, часов в пять слышим крик: ALLFEST!!!!!!
Вот они, вот они! Их вчера весь день ждали, а они приехали утром, о как. Ы, но все спят, щас они пройдут мимо, нужно ответить! Бедные Гармошка и Ёжик! Я волнительно стучу в стену палатки и отвечаю: мы здесь!! ALLFEST здесь! Вам сюда!
Приближаются голоса и хруст и шаги и шорох. Лёлик вылезает, я выглядываю. Пять человек проходят колонной по одному к нашему бивуаку. Лёлик обрисовал кратко ситуацию и залез спать дальше, но эти снаружи спать явно не хотели, они раскладывались, тележили об разном интересном и называли друг друга по именам. Нам тоже спать стало влом, поэтому мы, не вылезая из палатки, слушали, комментили и ржали лениво, полусонно. Отдельно запоминали имена, чтобы потом по приколу попробовать угадать, кто есть кто. Были услышаны: Ира, Илья, Димон, Димыч, Макс.
Ещё они говорили, что на сайте ПХ висит объява, что "трамвай сломался" фест недействителен, и ехать туда не надо, если вы ещё не приехали. Мосты разбухшей водой снесло. Ничо не работает. Программа летит к хреням болотным.
Лёлик -- мне, ржа: Ты стучала в стену палатки! Это очень смешно!!!
я: Ну, эээ, -- как бы оправдаться? -- Когда в стену стучишь, она колебётся, и становится понятно, из какой палатки орут.
он: Гм, ну ладно.
я: Надо говорить "слив засчитан"!
снаружи: -- Чё они там делают? Сексом, что ли, занимаются?
Лёлик (тоном водяного): -- Фу, какая гадость!
я: -- Нас здесь четверо!
снаружи: -- Групповушка, групповушка!!!

Было чаcов одиннадцать, когда мы выползли. В лагере оказались: Александра (нездорово белая темновлосая девушка, меланхоличная, с немного раскосыми глазами и эпикантусом), Ирина, которую почти не было видно или слышно, Рыжий (прикольный чел, и глаза девичьи!) Димыч, Илья "Кравчук", Вова (чем-то на Сергея из Нижнего похож), Марина с флейтой (она спала). А Макса я не помню. Димона, кажется, и не видела. Отгадать мы никого не отгадали.
Они уже несколько часов силились создать завтрак, но то и дело о нём забывали. Вова пытался разжечь костёр, безуспешно.
я: А можно я? Это моё любимое развлечение!
У меня тоже не с первого раза получилось, но получилось. Был приготовлен завтрак и чай.
Потом мы с Лёликом пошли в инфоцентр. Я первым делом взяла листать папку, вдруг кто ещё знакомый там чего написал.
-- Извините, у меня, может быть, странный вопрос, но... можно ли здесь где-нибудь купить дрова? -- спрашивают у меня.
-- Купить дрова? -- удивление моё беспредельно. -- Боже мой, зачем вам покупать дрова? Их здесь дофига.
-- Сухие дрова, подчёркваю, сухие. Сухих нет нигде, всё промокло.
-- Дык, мокрыми тоже костёр разжигается.
-- У нас есть опыт. Не разжигается.
-- Да? А у нас разжигается. Не с первого раза, но нормально. Может быть, ваш опыт плох?
-- Так чё, дрова купить нельзя?
-- Эм, ну я не знаю, может и можно, спросите в инфоцентре, вот он перед вами.
-- А вы не..?
Я ржу.

-- Скажите, а где можно набрать чистой воды? -- спрашивает чел в очереди перед нами. На том берегу Вори был источник, где брали воду. Но вот мост сломался, и негде стало её брать, кроме как в реке, а в реке она мутная и цвета песка.
-- Нам тоже нужна вода! -- отвечает сотрудница инфоцентра. -- Вы могли бы принести сколько-то баклажек для инфоцентра, и себе взять парочку.
-- Нет-нет, я только для себя.
-- А мы можем принести для инфоцентра! -- говорим мы.
-- Вы знаете, где находится кофейня "Солнце и Луна"?
-- Ээээ, предполагаем, но не уверены.
-- Давайте я с вами схожу, берите вот баклажки. Кстати, я Ириша, а как вас зовут?
Мы берём пятилитровые баклажки (всего шесть на троих) и говорим, как нас зовут. "Солнце и Луна" это кофейня рядом со сценой Земли. Там пробурена скважина, вода в ней прозрачная, как воздух.
-- А что с мостами и вообще какова обстановка? -- спрашиваем у Ириши.
-- Да мы сами здесь не очень знаем. Мы пока над другим работаем
-- А это верно, что на сайте сказано, что фест объявлен закрытым?
-- В общем, да. Но для тех музыкантов, которые уже приехали, мы постараемся создать условия для выступления.
Заходить внутрь палаты инфоцентра забавно. Там лежат деревянные настилы, все вымазанные в грязи, и оттого ацки скользкие. Можно скользить по ним, как лыжник. А где нет настилов, там грязи по колено.
-- А можно нам ещё одну карту с программой фестиваля?
-- С программой!!!! Гыгыгыгыгыгыгы, -- ржут в инфоцентре уныло-истерически. -- С абсолютно бесполезной программой!
Мы потом весь день ходили и носили воду периодически, хотя нас никто не просил. Баклагу себе -- баклагу инфоцентру. "Вода для инфоцентра!" -- говорил Лёлик, подоходя к кофейне. Нам наливали. Хотя вообще обычным людям, не связанным с оргами, воду продавали (30 рублей баклага).

Пятак земли вокруг нашего костра тоже превратился в то, во что давно превратились все тропы и дороги -- размазанную грязь.
я: -- Может, травы нарвать и набросать?
-- На не, сгниёт, вонять будет... нинада.
-- Ну ладно.

Потом мы пошли разведывать, что да как, и умываться. И заодно нужно было найти моих попутчиков, с которsми я на ПХ приехала (которые на Уране), потому что я забыла у них свой атлас России.
Главный мост действительно был сломан и торчал кусками. Его пытались чинить. Чё со вторым мостом через Ворю, никто не знал, а мы идти к нему поленились. Зато прошли через Уран ещё раз. Видели много собирающихся и отбывающих людей. У них можно было поживиться едой, дровами и пустыми баклажками.
Встретили моих попутчиков. Оказалось, что они всё-таки "Сплинтерс", через "т", это просто на Уране неразборчиво написали. У них была газовая горелка и понтовый вкусный чай, а не обычное походное пойло. Мой водила долго тележил про торпеды, военно-морской флот, шпиёнские операции и т.п. Мы слушали-слушали, затем извинились и смылись, сказав, что нас ждут в инфоцентре.
Лёлик: -- Круто, это находка, а не водила, он, небось, всю дорогу сам трындит, а ты сиди, слушай себе и радуйся.
я: -- Так и было!
Зашли в инфоцентр и рассказали им, чё видели и чё творится.

Мост через Истру был в порядке. На другом берегу Истры -- стоянка Кротова и АВП. Всем встречаемым по дороге мы рассказывали про мосты и всё остальное, что нам было известно о фесте. Решили найти второй мост через Истру, но его, как оказалось, не было. Ваще не было. Его даже не строили. Там идёт дорога, идёт, идёт, идёт и гыгы уходит под воду. К водяному в гости. Дорога с глубинной галькой, которая царапает ноги, что неприятно. Погода отличная! Тепло. Солнце. Люди вокруг веселы. Фестиваль только начинается, поняли мы!
-- Я думаю, это хорошо, что люди уезжают. Потому что останутся только самые врубные чуваки! -- Лёлик. -- Фест только начинается!
(А ещё уехали Гармошка и Ёжик).
(дальше в комментах)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 15 comments